Почему мы будем годами барахтаться в «дерьме» и мечтать о Европе

Почему мы будем годами барахтаться в "дерьме" и мечтать о Европе

Правосудие по-украински.

Инцидент произошёл в начале 90-х годов, когда служил в военной прокуратуре. Осознано не буду называть имён и кое-каких подробностей этого происшествия. Поэтому предупреждаю сразу — каждый сам решает: верить или не верить.

При транспортировке ящика с секретны грузом из расформированной украинской военной части в Российскую Федерацию случилось ЧП. Перевозка груза происходила в обычном пассажирском поезде, обыкновенном купе, в сопровождении старшего — капитана российской армии (назовём его — Василий) и четверых российских солдат. Автоматическое оружие охраны находилось в другом ящике и опечатано, табельный ПМ находился в кобуре у офицера.

По закону подлости в этом вагоне ехал уволенный в запас военнослужащий украинский армии. Солдаты разговорились в тамбуре вагона, изрядно выпивший демобилизованный стал учить уму-разуму российских военных.

Офицер вышел в коридор, сделал несколько замечаний своим подчинённым и решил приструнить распоясавшегося демделя, за что и получил в свой адрес тираду «лесных» выражений в нецензурной форме. Мол, я теперь гражданский и говорю, что хочу и как хочу.

Сложно сказать, какие слова задели молодого офицера, но Василий, не особо думая, достал из кобуры табельный пистолет и выстрелил демобилизованному прямо в лоб. Одним словом, явное превышение всех писаных уставов и законов, и подобное преступление должно караться по всей строгости.

Милиция вызвала военную прокуратуру для проведения следствия. Так как поезд проходил по территории нашей области, то и преступление пришлось расследовать нам. Первое, что пришло в голову, пока мы ехали на место происшествия: «Как же так! Россияне убивают украинцев, нужно отомстить негоднику».

Даже придумали парочку изощрённых способов вендетты, попытка к бегству и всё такое. Приехали на место. Капитан-стрелок совсем поник духом, естественно никто убивать Василия не стал, повезли его в военную прокуратуру, утром разберёмся, что с ним делать.

Дело в том, что этапировать капитана в следственный изолятор было нельзя по ряду причин, да и зачем нам второе преступление. На некое время оставили в военной прокуратуре, пристегнули наручниками к кровати. (В прокуратуре была небольшая комнатка, там постоянно жили 5-6 солдат, которые помогали следователям в работе, выполняли грязную работу, дежурили и т.п.) Инцидент с российским стрелком оказался достаточно громким, огласка о случившегося прогремела в газетах и по телевидению, пикеты из солдатских матерей и активистов стояли у стен прокуратуры несколько дней, требовали возмездия.

Проходит неделя. Сидит Василий пристёгнутый браслетами то к кровати, то к батарее под бдительным присмотром одного из наших воинов, ведёт себя вроде бы адекватно. Пока никто не видит, стали выводить Василия на улицу подышать воздухом, естественно под конвоем из двух человек. Василий потихоньку стал всех раздражать, требует пристального внимания, отрывает от повседневных дел.

Сообща решили: «Чего просиживать без дела, пусть хотя бы полы моет и картошку чистит». Наручники сняли.

Через две недели после ЧП. За Василием уже никто особо не смотрит, даже усадили его за стол дежурного, подменять одного из солдат, вести приём посетителей.

Через месяц после ЧП. Василий оказался толковым малым, схватывал всё на лету. Он начал описывать, подшивать и нумеровать уголовные дела, брать пояснения у свидетелей по другим делам. Иными словами, стал выполнять работу дежурного по прокуратуре.

Через два месяца после ЧП. Следствие по делу об убийстве всё продолжается. Проблем с поведением Василия нет, оказался весёлым, компанейским парнем, умеющим, и анекдот рассказать и тост поднять. Стали Василия посылать с заданиями по городам области, собирать необходимую информацию, развозить всевозможные документы, получать всевозможные справки, допрашивать. Теперь он выполнял работу военного дознавателя. 

Прошло три месяца. Командировали Василия в Генеральную прокуратуру с заданием продлить срок следствия по уголовному делу. Спустя какое-то время он ещё раз поехал в Киев, повёз два тома на продление сроков следствия по своему преступлению. Естественно вернулся.

Прошло четыре месяца после ЧП. Срок следствия подходит к концу, пришло время передачи дела в военный трибунал для вынесения приговора. Как же быть? Парень то в доску свой! Даже выпивал на дне рождения у военного прокурора. Про инцидент со стрелком в средствах массовой информации забыли, пикетов под стенами больше не было, острота ушла. Как говориться «Тело зарыто — дело закрыто». И пошёл военный прокурор к судье Военного трибунала договариваться. Мол, давай что-то делать! А может дембель сам виноват?! Кинулся на Васю, хотел завладеть ценным прибором и оружием, за что и поплатился. А пару показаний свидетелей мы как-кто подправим.

В конце концов, Василий был оправдан, и поехал в Ростов продолжать службу во благо Российской Федерации.

Что это вообще такое? Стокгольмский синдром? Всеобщее безразличие и халатность наших правоохранительных органов, повальная коррупция, либо некая славянская черта «Хороший парень, свой. Ну, оступился разок, дадим второй шанс».

По-моему, и сейчас в Украине происходит нечто подобное, сколько происходит тяжких преступлений на улице, экономических и резонансных преступлений. С применением огнестрельного оружия, депутатами и т.п. Где громкие и адекватные наказания? Пока их не будет, мы так и будем годами барахтаться в своём же «дерьме», мечтать о Европе, а не строить правовое государство.

Загрузка...