Честно говоря, два года назад Украина была приоритетом номер один для ЕС, а сейчас нет – член Европарламента

Иван Штефанец, член Европейского парламента, рассказывает о важности взаимоотношений между Украиной и ЕС.

С начала этого года Соглашение об ассоциации между Украиной и ЕС заработало в полную силу. С этого момента наша страна сняла практически все ограничения для импорта европейских товаров. Европа сделала это еще раньше.

Война с Россией сделала Европейский Союз нашим основным торговым партнером. Этим часто бравируют политики. И на бумаге это выглядит очень красиво, а вот с точки зрения реального бизнеса, далеко не все так радужно.

Предприниматели утверждают, что европейский рынок далеко не такой открытый, как они ожидали, а некоторые вообще не в восторге от того, что Европа открыла двери для украинских товаров.

Согласно недавнему исследованию Института экономических исследований и политических консультаций, лишь 28% опрошенных предпринимателей считают, что соглашение с ЕС повлияло на них положительно, 61% – не заметили разницы, 6% – жалуются, что проиграли.

Что же нужно сделать для того, чтобы изменить эту ситуацию? Для начала надо полностью гармонизировать украинские стандарты по сравнению с европейскими, для того чтобы регуляторная база была идентична, чтобы не надо было делать много домашней работы предприятиям, чтобы перестраивать свои производства для поставки товаров и услуг на рынки ЕС.

И это лишь с точки зрения украинцев. А как эту ситуацию видят в Европейском союзе? Об этом знает член Европарламента Иван Штефанец. В интервью НВ Бизнес он рассказывает, почему в Европе еще не разочаровались Украиной, как провести эффективно и быстро реформы, и чем наша страна опередила ЕС.

– Первый вопрос заключается в том правда ли это, что пророссийские силы во Франции, Италии, Болгарии, и антиевропейские силы выигрывают, а те, кто до сих пор поддерживали Украину теряют свои позиции в ЕС?

– Так вы абсолютно правы. Ситуация с этой стороны выглядит не очень позитивно. И я бы не сказал, что те, о ком вы говорите побеждают, они просто нам угрожают. Угрожают европейскому единству.

– Эти силы в некоторых странах имеют большее влияние. Они фокусируются на молодежи, на социальных сетях. Используют дезинформацию, ведут гибридную войну. И Европа должна найти ответ на эти явления.

– И правильным ответом будет не антипропаганда, а предоставление информации о реальном положении вещей. И я верю, что мы достигнем в этом успеха.

– Давайте поговорим об экономике. Как вы считаете, насколько мораторий на вывоз необработанной древесины, который ввела Украина, скажется на наших взаимоотношениях с ЕС?

– Что ж, мы поддерживаем свободную торговлю. Поэтому любое ограничение препятствует сотрудничеству между Украиной и ЕС. С этой точки зрения это нельзя назвать положительным решением. Но я пойму, если это ввести на определенное время. Эдакий протекционизм. Но в долгосрочной перспективе наилучшим решением является свободная торговля между ЕС и Украиной. Ведь Украина имеет цель присоединиться к крупнейшему в мире рынку – европейскому. Я не думаю, что этот шаг такой уж важный. Но это сигнал, что Украина решила делать по-своему. В краткосрочной перспективе мы это воспринимаем. Но в конце концов мы поддерживаем свободную торговлю.

– В то же время в Европе есть очень много ограничений для наших компаний. Почему так происходит?

– Это правда. Но мы должны понимать, что мы обязаны использовать европейские стандарты. Все кто хочет попасть на европейский рынок должны соответствовать европейским критериям. Это реальность. И это есть в Соглашении об ассоциации.

– Но не могла бы Европа быть более открытой для нашей продукции?

– Возможно. Я не хочу сказать, что Европа со своей стороны делает все правильно. Можно было бы сделать гораздо больше. Европа могла бы быть более открытой ведь Украина – это важная страна для Европы, ее крупнейший сосед. Важнейшая страна с точки зрения внешней политики. И наше взаимодействие является крайне важным. И не только для Украины, но и для Европы.

– Как изменились взгляды на Украину после того, как члены нашего парламента опубликовали свои электронные декларации?

– Я думаю, что для Украины это был очень важный шаг вперед. Это был позитивный шаг. И в Европе на это отреагировали очень и очень положительно. Конечно же они обнародовали некоторую противоречивую информацию. Я это понимаю. И разные люди воспринимают это по-разному. Но очень важно понимать, что в целом это позитив. И это делает политическую жизнь более прозрачной. Замечу, что такая система существует не в каждой стране. И надо бы было ввести такое законодательство и в ЕС. Должен признать здесь Украина нас опередила.

– В нашей стране возникли проблемы с технократами. Ведь многие из них должны были оставить государственные должности. Справедливо будет сказать, что технократы не способны проводить реформы в таких посткоммунистических странах, как Украина или Румыния, где произошли подобные события?

– Я думаю, что для успешного проведения реформ, которые мы соглашаемся нужны Украине, необходимо сочетание технократов и политиков. Нужна политическая воля и политическая власть, чтобы провести реформы. Но нужны и знания технократов. Их навыки. Требуется правильное сочетание обеих групп. То что технократы уходят из власти не является позитивным сигналом. Ведь сейчас в это нестабильное время Украине нужны их знания. И политики должны понимать, что они нуждаются в помощи таких людей, тех, кто работает в общественных организациях.

– А насколько большая поддержка Украины в Европарламенте сегодня?

– Очень большая поддержка. Но честно говоря, два года назад Украина была приоритетом номер один. А сейчас она номер четыре, или пять, потому что появились другие проблемы. Такие как Сирия, миграция, Brexit. Сейчас в ЕС есть много внутренних проблем. Но наша роль, роль европейско-украинской делегации в парламенте – продвигать Украину и все вопросы, которые необходимы для наших успешных взаимоотношений в экономической, политической сферах и в конце концов для правильного развития Украины.

Источник

Загрузка...